Урок каллиграфии стал популярным подарком в Москве: кто обучается рисовать японские, кто китайские иероглифы, кто идет далее и делает композиции из российских шрифтов. Бакалавр изящных искусств Маюко Огава на собственных мастер-классах учит созидать в буковке образ и настроение. Опосля мастер-класса на фестивале «Арт-Овраг» в Выксе с Маюко встретилась корреспондент «Недели».
— Чем каллиграфия притягивает людей?
— Это два различных вопросца в зависимости от того, говорим ли мы о японцах либо о иностранцах. Для японцев каллиграфия — не только лишь традиция, да и часть образования.
Когда малыши поступают в школу, у их в расписании есть урок каллиграфии — так же, как математика. Это часть культуры.
Для иностранцев наши иероглифы — почаще всего абстракция, но через искусство каллиграфии они могут ощутить единство с мирозданием, с космосом.
Время, посвященное каллиграфии, похоже на медитацию.
Вы погружаетесь не только лишь в японский язык, да и в размышления, проводите время в молчании и сосредоточенности.
— Что можно почерпнуть из недлинного курса каллиграфии либо 1-го мастер-класса?
— Во-1-х, это дозволяет прикоснуться к культуре. Выяснить, из каких частей состоят иероглифы, пощупать руками традиционные материалы — тушь, рисовую бумагу, кисточку.
Тушь натуральная — никакой химии.
Новенькая кисточка очень твердая — я сходу покажу, как ее размять.
Малыши и взрослые напишут свои имена по-японски, выяснят, что в нашем языке нет звука «л», а есть лишь средний меж «л» и «р» и нет сочетаний по два согласных попорядку, потому заместо «Света» получится «Сувета».
Во-2-х, это просто наслаждение, новейший опыт, развлекательный и радостный. Потренировавшись на бумаге, малыши рисуют иероглифы на футболках, они остаются на память всем участникам.
— Ежели что-то не вышло, когда пишешь иероглифы, есть ли возможность поправить ошибку? — Да — на новеньком листе бумаги.
Ежели не нравится итог — начни поначалу. Никаких черновиков карандашом не делают, любая попытка — как выстрел: или попал, или нет, пулю в ствол не вернешь.
— Для японцев каллиграфия — искусство?
— Естественно!
Вы компонуете новейшие формы.
Постоянно, когда человек пишет иероглифы, ну и любые буковкы, отражают его личность, и написанное обязано быть прекрасным.
Графику употребляют, к примеру, в оформлении интерьера, ее пропорции разрешают соразмерить различные места.
— Есть ли в каллиграфии собственный авангард и собственный модернизм?
— Современное искусство тяготеет к простоте. Так и в каллиграфии: меньше отражаются диалекты японского языка, люди стараются как можно яснее выразить то, что желают огласить.
Простота и лаконичность модны в каллиграфии так же, как в остальных искусствах. — Как смысл рукописных иероглифов поглубже, чем у печатного текста?
— Каллиграфия может передавать эмоции. В устной речи есть интонации, и в рукописи каллиграф может передать удовлетворенность, грусть, разочарование.
На письме отражается и нрав пишущего, и его состояние в момент работы — ежели сейчас он несчастен либо возбужден, ценители каллиграфии сходу увидят это. Ежели вы ведете ежедневник, то одно дело — печатать его на компе, а другое — писать от руки на бумаге: тогда текст скажет о вас больше.
— Может ли смысл иероглифа изменяться в зависимости от того, в котором стиле он написан? — Может, лишь не знаю, как разъяснить это иностранцам, — долгая история.
Стиль вы выбираете сами — это область свободы.
Мы ведь используем иероглифы с ранешнего юношества и ощущаем их практически бессознательно, а для иностранца вид иероглифа не ассоциируется с его предшествующим опытом. Потому, ежели вы начнете заниматься каллиграфией, это будет различаться от японского искусства, как японская кухня в русских ресторанах различается от нашей.
В один прекрасный момент я зашла в столичный суши-бар: никогда бы не поразмыслила, что суши могут быть десертом, а там и такое выдумали. Это создание новейшей культуры — не российской не японской.
В каллиграфии тоже есть почва для смешения государственных нравов. — А типографские шрифты, с вашей точки зрения, могут быть произведением искусства?
— Искусством быть может все что угодно, это зависит от точки зрения. Шрифт неплохого дизайнера — это прекрасно.
Но когда пишешь от руки, то непросто комбинируешь готовые элементы, а создаешь новое целое.
— Для вас нравятся шрифтовые композиции, которые нас окружают в Рф? К примеру, маркетинговые вывески, указатели?
— Когда как — зависит от композиции, от контекста, от настроения. Почти все шрифты подступают для логотипов, но не для печати длинноватых текстов и напротив.
Время от времени сам не можешь разъяснить, почему для тебя нравятся какие-то буковкы.
— Вы много времени проводите в Рф — научились ли читать российские почерки? — Это нереально!
Но они прекрасные. В один прекрасный момент я даже попала к русскому доктору — движения руки великолепные, но я не узнаю ни одной буковкы, не могу осознать, где кончается один элемент и начинается иной.
Это было отлично — исходя из убеждений искусства каллиграфии. Но не исходя из убеждений чтения.