В прошедших схожих докладах ЦБ ограничивался лишь указанием на то, что после введения Россией в августе 2014 года ограничений на импорт ряда продовольственных товаров (в ответ на санкции США и Евросоюза) заметно снизился совокупный размер импорта. Тогда как в докладе за I квартал 2015 года приведен количественный анализ, который позволил выявить повлиявшие на сокращение импорта предпосылки, и влияние продуктового эмбарго оказалось незаметным. При проведении анализа ЦБ опирался на данные Федеральной таможенной службы (ФТС).
По данным ФТС, совокупный размер импорта товаров в Россию в 2014 году по сравнению с 2013-м сократился на 9,2% до $286 млрд, при всем этом падение импорта значительно ускорилось со 2-ой половины прошедшего года.
В I квартале 2015-го по сравнению с аналогичным периодом 2014 года сокращение составило уже 38,2% (до $37,9 млрд).
При всем этом снижение размера ввоза в Россию тех категорий товаров, которые попали под продуктовое эмбарго, составило лишь 7,2% от совокупного сокращения импорта, говорится в материалах ЦБ. Ввоз продовольствия и сельхозсырья снизился на 7,8% в 2014 году и на 42% в I квартале 2015 года. Но несмотря на это сокращение, толика этих категорий в суммарном объеме российского импорта значительно не поменялась (в I квартале 2015 года составила 14,1%), потому что ввоз в Россию других категорий товаров сокращался схожими темпами, продолжают свою логику аналитики Центробанка, ссылаясь на количественный и так называемый регрессивный анализ.
Таким образом, ЦБ делает вывод, что влияние эмбарго на импорт в целом было незначимым.
Основными факторами сокращения импорта стали ослабление рубля и снижение деловой активности в стране. Незначимое снижение толики попавших под эмбарго товаров в импорте продовольствия разъясняется большей чувствительностью этих категорий к изменениям курса.
Так, снижение реального действующего курса рубля на 1% приводит к снижению импорта товаров, попавших под эмбарго, на 0,29%, в то время как для импорта продовольствия в целом снижение составляет 0,19%, отмечено в материалах ЦБ. Введенные ограничения оказали ощутимое влияние лишь на географическую структуру импорта продовольственных товаров. Значительно сократился ввоз продуктов и сырья из стран дальнего зарубежья — это соединено как раз с тем, что эмбарго распространяется на США, страны Евросоюза, Канаду, Австралию и Норвегию.
В I квартале 2015 года импорт из стран дальнего зарубежья сократился на 40,8%, а в апреле — на 39,5% по сравнению с схожими периодами предыдущего года. При всем этом, подчеркивается в докладе, достаточно быстро произошел процесс замещения импорта из стран, попавших под санкции.
Приостановка ввоза товаров и сырья из этих государств компенсировалась ростом поставок, поначалу из Латинской Америки.
В итоге этого товарная структура совокупного российского импорта значительно не поменялась: нежели стоимостная толика импорта товаров, попавших под ограничения, в общем импорте продовольствия в I квартале 2014 года составляла около 50%, то в I квартале 2015-го сократилась до 42,1%. Аналитик инвестхолдинга «Финам» Тимур Нигматуллин согласился с выводами ЦБ. Он также считает, что основной предпосылкой сокращения импорта в долларовом и натуральном выражении в январе–мае 2015 года стали по большей части не взаимные экономические санкции, а резкое и существенное ослабление рубля по отношению к основным мировым валютам.
А конкретно, бивалютная корзина в этот период стоила приблизительно на 50–60% дороже прошлогодних уровней.
В итоге крупная часть импортируемых в Россию товаров на фоне девальвации подорожали в рублевом эквиваленте, что отразилось на спросе. Сказалось на уменьшении привезенных из остальных государств поставок, по словам экспертов, также снижение покупательной способности населения.
Так, по данным Росстата, истинные доходы населения (доходы за вычетом неотклонимых платежей с поправкой на инфляцию) по итогам I квартала 2015 года сократились на 1,4%, тогда как за весь 2014 год — на 0,8%. Также в протяжении пары месяцев подряд растет уровень безработицы: за март 2015 года показатель составил 5,9% экономически активного населения против 5,8% в феврале и 5,5% в январе.
Данные Росстата свидетельствуют, что оборот розничной торговли в Рф в I квартале 2015 года снизился на 6,7% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, составив 6,3 трлн рублей. Говоря о изменении геоструктуры импорта, коммерческий директор таможенного подразделения компании FM Logistic Алексей Мисаилов отметил, что «Россия повсевременно была и будет являться для других стран большущим рынком сбыта».
В продуктовом секторе, по его словам, повсевременно присутствовала конкурентнсть меж поставщиками из разных стран мира. — Свято место пусто не бывает.
Непосредственно поэтому европейские поставщики были замещены производителями из Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Главные трудности, с которыми столкнулись импортеры: оперативное решение логистических задач, также вопросы сертификации при ввозе продукции на местность Рф, — говорит Мисаилов.
Директор Института актуальной экономики Никита Исаев отметил, что от контрсанкций больше всех выиграли российское сельское хозяйство и пищевая промышленность — «каждый месяц Росстат отчитывается о невероятном росте — например, у сыроваров: их выручки возросли на 35–40%». Не считая того, по словам собеседника, в связи с падением курса рубля выиграли направленные на экспорт отрасли. — А конкретно, растет черная и цветная металлургия, требовавшая грозного экономического вмешательства страны и собственников до санкций из-за явного кризиса перепроизводства на внутреннем рынке и заморочек со сбытом на экспорт.
Сейчас же возрос экспорт металлургической продукции из-за увеличившихся в два раза рублевых выручек. Такая же ситуация и в остальных экспортно нацеленных отраслях: рыбная ветвь, лес, хим промышленность и т. д., — говорит Исаев.
Но, как считает начальник аналитического управления банка БКФ Максим Осадчий, «антисанкции — ловушка для тех, кто ринулся в ниши, освобожденные импортерами». — Уж нежели вводить антисанкции, было бы уместно запретить импорт из стран-«санкционеров» тех товаров, исчезновение которых не вызвало бы всплеска инфляции не ударило бы по основной массе населения.
Например, можно было бы запретить импорт из стран ЕС предметов роскоши, включая авто бизнес класса. Но понятно, что эта мера ударила бы по чиновникам.
Другое разумное направление антисанкций — продукты, вредящие здоровью: алкоголь и табак.
Антисанкции ударили в большей степени по слабым странам Евросоюза, а не по его ядру — Германии и Франции, которые имеют основной вес при принятии решений в ЕС, — рассуждает Осадчий. Исаев считает, что на фоне текущей экономической ситуации можно ожидать грядущего падения импорта.
Но, как считает Тимур Нигматуллин, даже при возможном умеренном ослаблении рубля к основным валютам в ближайшие кварталы сокращение размера импорта в натуральном выражении не будет весомым. Дело в том, объяснил эксперт, что сейчас на рынке сформировался весомый отложенный спрос на продукты долгого использования (авто, одежду, обувь, электронику и т. п.). К тому же некоторые статьи импорта в принципе не подвержены сокращению из-за отсутствия альтернатив.
Например, в январе–мае 2015 года импорт медикаментов вырос на 4% в натуральном выражении по сравнению с аналогичным периодом за прошедший год.